We use cookies to provide some features and experiences in QOSHE

More information  .  Close
Aa Aa Aa
- A +

"Сытым русским из КХЛ в НХЛ тяжело. Не хватает терпения - уезжают в Россию". Огненное интервью Никиты Задорова

2 5 7
12.02.2019

Игорь Рабинер из Сан-Хосе

Редко доводится видеть, чтобы фамилия человека до такой степени совпадала с его характером. Никита Задоров – действительно очень задорный. Этот большущий, под два метра, и открытый парень таков, что тебе спустя несколько минут после начала разговора начинает казаться, что знаком с ним всю жизнь. Он обязательно превратится в любимца прессы, а я, признаюсь, отныне стал его персональным поклонником. Таких, как Задоров, в наше достаточно закрытое и циничное время – единицы.

У него шикарное чувство юмора, причем совмещенное с молниеносной реакцией. Собственно, наш разговор с ним, большим поклонником футбола (о чем я знал от его агента Дэна Мильштейна), начался с моего вопроса:

– Лучший бомбардир в истории российского футбола Александр Кержаков любил говорить: "Бил, бью и буду бить"? Можете сказать то же самое о себе, только в другом смысле – силовых приемов?

Задоров отреагировал моментально. Да так, что я чуть под стол не свалился:

– Ну да. Только я попадаю в игроков!

– Он тоже иногда попадал. Иначе лучшим снайпером не стал бы.

– А я – всегда!

– Прошлогодние 278 хитов – крутой показатель для современной НХЛ. Такое количество силовых приемов – ваша личная инициатива или требование главного тренера Джареда Беднара? – переходим к хоккею и к главной задоровской "фишке".

– Требование есть. Тренер хочет, чтобы я действовал в силовой манере. Он считает, что именно так я показываю свой лучший хоккей. И это правда. Но такой стиль игры – инициатива не только Беднара, но и моя собственная. Ведь это – моя визитная карточка.

– С какого возраста?

– С детства. Лет с восьми-девяти мне нравилось всех дубасить. Я всегда был крупнее всех, даже в те годы. Но сейчас для такой игры у меня есть не только габариты, но и катание. Все игроки в нынешней НХЛ юркие, тяжело под кого-то подкатиться и поймать. Сделать силовой прием не у борта, а в средней зоне. Для этого мастерство нужно.

– Как к вашей любви "всех дубасить" относились детские тренеры, а также родители соперников – сначала во времена "Белых медведей", а потом школы ЦСКА?

– Родители соперников кричали: "Убейте Задорова!" А моему первому тренеру Сергею Суяркову, конечно, нравилось. Ни он, ни кто-либо другой из тех, с кем я работал, никогда не говорил мне: "Не делай этого".

– Ваш бывший партнер по молодежке Илья Любушкин, который, видимо, вдохновился вашим примером и сейчас идет по графику четыре силовых приема за игру, рассказывал мне, что с ним над хитами в Ярославле дополнительно работал Петр Воробьев. А у вас такие тренеры были?

– Нет. Считаю, что это либо дано, либо нет. Мне кажется полным бредом, когда над силовыми приемами специально работают. У борта воткнуться – это все в НХЛ могут. А вот встретить в центральной зоне на полной скорости, причем сделать это по правилам – для этого и катание хорошее нужно, и понимание игры, и чувство момента, чтобы тайминг поймать. Этому невозможно научить.

– Однажды вы сказали: "Любой хит требует и физических, и моральных затрат". Насколько болезненно для организма играть в таком ключе?

– В прошлом сезоне у меня была операция на плече. А второе плечо вообще не поднималось. В плей-офф попытался в Емелина въехать и травму получил – из-за этого пришлось все оставшиеся кубковые матчи на уколах играть, а потом по той же причине отказаться от поездки на чемпионат мира. У нас очень контактный вид спорта, тут не предугадаешь, когда травму получишь. Правильно в песне говорится: "В хоккей играют настоящие мужчины, трус не играет в хоккей". Но мы получаем за это хорошие деньги, так что грех жаловаться.

– Правильно ли говорить, что ваша прямая обязанность – защищать супертройку ЛандескугМаккиннонРантанен?

– Нет. Это вообще не так. Сейчас в хоккее такого нет, чтобы кто-то был чьим-то личным телохранителем. Времена таких тафгаев ушли. Тот же Ландеског сам легко может за себя постоять. Да и все трое – большие ребята.

– Но бывали случаи, когда вы кого-то наказали за грязную атаку на вашего игрока?

– Помню, с Макэвоем из "Бостона" подрался. Он грубо толкнул в спину у борта Тайсона Джоста, и наш 18-летний новичок, у которого был первый сезон в НХЛ, получил травму. Такого спускать было нельзя.

Но в целом сейчас все выходят в хоккей играть. Чтобы перед кем-то стояла задача кого-то "убить" – это все осталось в прошлом, тем более что лига за все дисквалифицирует. Никто исподтишка тебя не ударит. Если бы я играл в НХЛ лет 10-15 назад, наверное, вступаться за своих игроков приходилось бы намного чаще.

– А вам не жалко, что не играете в НХЛ 90-х – начале 2000-х? Ваша манера игры тогда была больше востребована.

– На самом деле я сейчас больше востребован. По статистике раньше в лиге было в три или четыре раза больше игроков с моим ростом и весом, чем сейчас. Это уходящий стиль, но я-то тут остаюсь. А чем меньше нас здесь, тем больше каждый из нас востребован.

– Вы говорите, что хоккей стал намного чище, и сейчас никто не ударит исподтишка. А как же, например, Том Уилсон из "Вашингтона" с его репутацией? Он же и вас однажды прилично "отоварил".

– Когда Уилсон провел хит на мне – он мстил за юниорку. Когда я в "Лондон Найтс" был, мы играли в плей-офф друг против друга, и как-то раз я его сильно встретил в средней зоне. За три года, что прошли между моим ударом и его ответом, он не успел этого забыть. Тут все друг друга знают и все друг другу запоминают.

– Считаете Уилсона грязным игроком?

– Нет! Уверен, что он не грязный хоккеист. Да, он жесткий форвард силового плана, но в этом нет ничего плохого. Иногда, когда хитуешь, с адреналином во время игры, голова у тебя не думает, чисто идешь на силовой прием или нет. Ты просто идешь и бьешь, и иногда выходит грязно.

Я видел по-настоящему грязных игроков – фамилий называть не буду, не просите. Раньше люди клюшками били друг друга по шее, наносили удары исподтишка. Но Уилсон – не такой. Просто так получается, что за пару приемов его дисквалифицировали, и у лиги он оказался на особом счету. Но это не его вина, а дело случая.

– Чувствуете на примере Уилсона, что лига стала жестче относиться к любым хитам?

– Не к любым. У нас была встреча с Джорджем Пэрросом, главой комитета по безопасности игроков, и он говорил, какие хиты нельзя проводить, объяснял, что грязно, а что нет. Так, идет жесточайшая борьба с ударами в голову. Еще лиге не нравится, когда хиты идут, как тут выражаются, по линии Восток – Запад. То есть человек уходит в центр, а его бьют сбоку. Такие вещи надо слушать внимательно. И наматывать на ус.

– У вас когда-нибудь случались дисквалификации за силовые приемы?

– Нет. Тьфу-тьфу-тьфу.

– А что за травма у вас была в конце декабря – начале января, когда вы пропустили пару недель?

– Дернул пах с "Монреалем". Ничего серьезного.

– Бывает, что бьете звезд – Кросби, Кейна, Макдэвида и других? Помнится, был у вас мощный силовой против Марка Шайфли из "Виннипега", после чего завязалась драка.

– С Шайфли тогда повезло, что он голову не поднял, а я подкатился хорошо. Такие силовые приемы раз в год бывают, и то если повезет. Все-таки звезды – игроки умные, их тяжело ударить, они сразу пас отдадут и сгруппируются. На открытом льду, в середине поля, в основном получаются хиты против игроков третьих-четвертых звеньев и молодых, неопытных. Плюс к тому, ты не будешь рисковать, чтобы пойти "убить", например, Макдэвида, потому что знаешь: он тебя просто "завяжет" и забьет гол.

Но силовые приемы очень заводят команду и стадион – если играешь дома. Арена ликует, болельщикам нравится, когда я это делаю. Кстати, в том же эпизоде с Шайфли мы уступали 2:3, а благодаря моему силовому получили большинство, потому что на меня напрыгнули. И сравняли счет.

– Помните, как на Олимпиаде в Ванкувере Александр Овечкин в центре льда так по правилам встретил Яромира Ягра, что тот аж в воздух взлетел?

– Помню. Ягр там голову не поднял и на шайбу засмотрелся – вот так все и вышло. А самое главное, что Семин в той же смене забил гол. Вот для чего все и делается.

– Недавно вы сказали, что на разных аренах НХЛ по-разному считают хиты. Где-то и занижают.

– А кое-где – завышают. На некоторых аренах нужно человека убить, чтобы получить хит, а на других – просто дотронуться. В Филадельфии, Лос-Анджелесе, в гостях у "Айлендерс" много дают, у нас тоже. Арен, где мало дают, немного, три-четыре. В Оттаве, в "Мэдисон-Сквер-Гарден".

Люди, которые считают удары, – не роботы, что-то пропускают. Предположим, статистики сидят на трибуне. А хиты – это не голы и не передачи, повторы с ними, если только речь не идет о самых эффектных силовых приемах, показывать не будут. Как посчитали, так и дадут.

– В российских суперзвезд – Овечкина, Малкина, Кучерова – втыкаетесь? Или своих хоть немножечко, но жалеете?

– На льду друзей нет. После матча поболтаем. А в игре, конечно, воткнусь. Наши – одни из лучших хоккеистов в НХЛ, против них нужно жестко действовать. По-другому нельзя – накажут, забьют голы. Так что не бывает такого, чтобы я кого-то жалел.

– Ваша цитата: "Если я бью, 80 процентов игроков падают". А когда этого не происходит?

– Рядом с бортом. Борты же сейчас такие мягкие, как батут.

– У вас нет опасения, что тренеры начнут относиться к вам слишком, что ли, узко? При том что вас в середине........

© Спорт Экспресс